blogtn.ru          Блог Татьяны Никитиной       niktorin10@yandex.ru       8(9021)688-553

Что увидели журналисты в «красной зоне» ковидного военного госпиталя в Улан-Удэ (03.11.2020)

03.11.2020


На фото Т. Никитиной: 

Водитель машины, узнав, куда мы едем, поинтересовался, на кого можно подавать в суд, если он потом почувствует признаки болезни. Не хотелось ни шутить, ни кому-то что-то доказывать.

 В это утро в республике умерли очередные 9 человек, обозначив в Бурятии третью сотню погибших от пандемии. Кстати, там, в ковидном госпитале минoбороны в Сосновом бору, куда мы с фотокорреспондентом Зорикто Дагбаевым отправляемся на свой страх и риск, первый пациент умер всего неделю назад. Ему было 67 лет.

Однако самый известный на сегодня ковидный госпиталь Бурятии неожиданно встречает нас солнцем, бодрым строем шагающих солдат и суровым портретом Шoйгу в коридоре войсковой части. Портрет министра oбороны вместе с другими портретами незнакомых военных словно говорил, что враг здесь не пройдет.

Защита внутри     

Похоже, уже известный каждому жителю республики двухэтажный ковидный корпус, в рекордные сроки сооруженный из сэндвич-панелей прямо посреди 437-го военного госпиталя в поселке Сосновый бор, кажется небольшим и каким-то легковесным. Как пытается объяснить нам с порога начальник ФГКУ «437 военный госпиталь» МО РФ полковник медицинской службы Заурбек Алборов, это не так. Перед нами самый современный на сегодня легковозводимый многофункциональный госпиталь, приспособленный для лечения именно новой коронавирусной инфекции. Многофункциональный означает, что в одном месте здесь находятся палаты, оборудование для обследования, реанимация и операционная, если таковая понадобится.

В одном месте могут одновременно лечиться 60 пациентов, причем все устроено так, что они практически не будут пересекаться. Выйти из палаты можно только с помощью магнитного ключа, получить еду — через специальное окно. Зайти в палату — через один вход, а покинуть — через другой, ведущий прямо на улицу. Палаты — с огромным стеклянным окном в коридор, через которое находящемуся в коридоре легко увидеть все, что происходит внутри.

В целях безопасности посещение медперсонала таких палат тоже регламентировано. К примеру, за реанимационными палатами дежурный ведет наблюдение через мониторы. К каждой кровати подведена кнопка вызова срочной помощи, не говоря уже о том, что саму эту многоуровневую кровать пациент может поднимать — опускать, регулировать так, как ему удобно.

— Но самое главное даже не это, а автономная система приточной вентиляции, которая выстроена так, что позволяет не пересекаться потокам воздуха во всем госпитале. Думаю, аналогов нет во всей Бурятии. В эту вентиляцию встроена система первичного обеззараживания воздушного потока. Плюс в каждой палате стоит бактерицидный рециркулятор, который гоняет воздух в самой палате, плюс бактерицидная лампа, плюс…— загибает пальцы на руках Заурбек Алборов.

Защита снаружи

Ковидный госпиталь — это не просто стены и оборудование, вентиляция и кислород. Как выяснилось, это еще и целый подземный комплекс современной канализации, специально рассчитанный на опасность вирусной инфекции. Другими словами, все стоки из госпиталя поступают не в городскую канализацию, а в специальную установку под землей, где проходят длительную многоступенчатую очистку. Туда же устремляются не только стоки, образующиеся внутри здания, но и снаружи — вследствие дождей и таяния снега. Там же скапливается вода из специально построенного пункта дезинфекции автотранспорта, куда в обязательном порядке заезжают машины скорой помощи, проходят санобработку и только потом покидают территорию госпиталя. Грубо говоря, все, что попадает с водой в десяти метрах по периметру корпуса, по специально спланированным ливневкам тоже оказывается сначала в баке-накопителе, и только пройдя многоступенчатую очистку — в городской канализации.

Ковидный военный госпиталь не зря называют современным чудом. Выяснилось, что здесь своя система очистки, свои генераторы для производства кислорода, который подведен к каждой (!) из 60 кроватей. Этот кислород вырабатывается круглосуточно и в достаточных количествах. Рядом построены автономные источники питания — трансформаторные подстанции, исключающие любую внештатную ситуацию на случай, если отключат электричество. Мы наконец подходим к двери, за которой начинается так называемая «красная зона» и где нам просто обязаны ответить на вопрос, если ковид — это война, то кто ее в итоге все-таки выиграет.

 

Что такое армия России

В отличие от других ковидных госпиталей, при входе в «красную зону» не надо снимать верхнюю одежду, серьги, часы и обувь. Здесь нет платков, пижам, противочумных халатов начала прошлого века, резиновых сапог из того же далекого прошлого и застиранных носков. Никто не будет обматывать твои руки скотчем, проверять, плотно ли заправлена пижама в носки, потому что мы — на территории министерства oбороны, где все сегодня самое лучшее, новое, современное.

 

В абсолютно новых шкафах лежит целая гора одноразовых перчаток. Рядом — гора костюмов «садолит», бахилы, респираторы, маски, дальше — абсолютно новые защитные экраны. Одеваясь, ловлю себя на мысли, сколько денег потрачено и еще будет потрачено на все это облачение и другие меры безопасности.    

Вход, как в гостинице, через магнитный ключ. На каждой двери, помимо номера палаты, инвентарный номер, по которому строители могут быстро найти помещение и устранить неполадки. Строители, как заверил начальник госпиталя, никуда не делись, выполняют свои обязанности, соблюдают гарантийный срок и устраняют по требованию врачей малейшие недоделки.

Мы идем по совершенно пустым коридорам. Кабинет УЗИ, рентген-комплекс, новейшее эндоскопическое оборудование, 10 аппаратов «Искусственная вентиляция легких». Уникальный аппарат ЭКМО для лечения респираторного дистресс-синдрома, который развивается при остром распространенном воспалении легочной ткани. Есть даже аппарат гемодиализа, предназначенный для лечения острой почечной недостаточности.

На двери каждой палаты — ФИО и возраст находящегося внутри пациента. За стеной  — больные, лежащие на животе, или уже выздоравливающие. Среди них есть военнослужащие, есть гражданские, есть безработные. Условия для всех одинаковые, то есть на самом высоком уровне. Вместо мрачных стен и ведер с хлоркой для отправления естественных потребностей — современное, довольно светлое помещение с четко установленными нормами в 10 квадратных метров на одного пациента. Современная мебель, оборудование и санузел, где есть душ и туалет не хуже, чем в иной гостинице с той лишь разницей, что на каждой по-душке, футболке, полотенце стоит логотип «Армия России».

— Условия вы сами видите какие, — показывает вокруг пациентка Светлана Матяш. — Все новое, комфортное, все лекарства мы получаем, кислород — прямо возле кровати. В такой большой палате всего две кровати. Питание — 4-разовое. В нашем городе, наверное, это самые лучшие условия для лечения.

Пациент другой палаты, подполковник запаса Александр Шепеленко признается, что, порой заглянув в соцсети, ему хочется спросить, откуда что там берется. «Так и напишите — лечение, уход, условия — все на высшем уровне, как и должно быть в армии. Питание хорошее, пища вся горячая, пищеблок находится в соседнем здании. Кислород — руку протяни. Нажми кнопку — придет медсестра. Не верите — убедитесь сами, если заболеете, хотя не дай бог…».  

Самое безопасное место — госпиталь

— Госпиталь начал работать с лета, но в наиболее активном режиме — когда в республике начался подъем заболеваемости. Гражданское население, согласно приказу министра oбороны России Сергея Шoйгу, начали принимать с 1 октября. Опять же, согласно документу для гражданских, в госпитале определена ровно половина коек, то есть 30. Чтобы быть совершенно точным, то скажу, что на сегодня здесь находится 34 больных. Средняя продолжительность нахождения на койке — 2-3 недели. Наше утро начинается с того, что мы делаем сводку, сообщаем в городскую поликлинику №5, к которой прикреплены, сколько у нас свободных мест, а дальше скорая доставляет нам пациентов, — рассказывает начальник ФГКУ «437 военный госпиталь» МО РФ Заурбек Алборов.

Начальник госпиталя добавляет, что выписка могла бы происходить и раньше, если бы тесты делали быстрее. Как и во всех остальных госпиталях, здесь ждут два отрицательных ПЦР. Если нет жалоб, пациента могут отправить домой и с одним отрицательным ПЦР, при условии, что он сможет там изолироваться.

На вопрос, может ли госпиталь принять больше гражданских, Заурбек Алборов отвечает, что путем добавления коек может, но для этого нужен приказ министра oбороны. На вопрос, почему медперсонал не находится в ковидном госпитале круглосуточно, поясняет, что при такой системе мер безопасности надобности в этом давно нет. «Поверьте, в самой обычной маршрутке сегодня куда опаснее, чем в нашем госпитале», — уверяет доктор.

Надо обязательно сказать это водителю машины, который нас повезет...

 

 

Назад к списку


Татьяна Никитина
журналист   


Я родилась и живу в Улан-Удэ – столице республики Бурятия, работаю журналистом и верю в людей, которые каждый день строят здесь наше общее будущее. Мои герои - это политики, артисты, юристы и обычные люди, достойные восхищения. Нет занятия интереснее, чем разбираться в том, что с нами происходит. Удачи всем!
























© Татьяна Никитина
Использование материалов блога возможно только с письменного согласия собственника
Создание сайта, разработка блога SDEP.RU Яндекс.Метрика