blogtn.ru          Блог Татьяны Никитиной       niktorin10@yandex.ru       8(9021)688-553

Турбаза на Байкале, где погибла 10-летняя москвичка, напоминала смертельный квест (17.10.2018)

17.10.2018


На фото: тот самый пирс, на котором произошла трагедия, инструкция для купающихся, берег, баня, на которой был установлен электрощиток, находящийся фактически в открытом доступе

Трагедия, в результате которой год назад на турбазе в Максимихе от удара током погибла 10-летняя девочка, потрясла многих. Наслышанная о красотах Байкала, семья специально приехала из Москвы на турбазу «Колос», которую им рекомендовали как лучшую на побережье. Поскольку турбаза принадлежала сельскохозяйственной академии, сопровождала гостей знакомая из Бурятии, сама не раз здесь отдыхавшая и лично знавшая все руководство вуза. Все было как обычно — чудесная погода, купание на пирсе, мангал и почти семейная атмосфера вокруг, но, выходя из воды, девочка взялась рукой за металлический поручень в тот самый момент, когда он почему-то оказался под напряжением в 220 В.  

Неслучайная смерть

Сегодня, когда в Железнодорожном районном суде оглашены вещественные доказательства, заслушаны свидетели и восстановлена хронология событий, можно говорить о том, что смерть юной жительницы Москвы Арины Иощенко не была случайностью. Можно утверждать, что турбаза «Колос» как структурное подразделение Бурятской государственной сельскохозяйственной академии годами работала по принципу русской рулетки. Ее жертвой, сами того не подозревая, в любой момент могли стать студенты, ежегодно приезжавшие красить пирс на берегу, отдыхающие, обслуживающий персонал, участники всевозможных конференций, заседавшие в специально оборудованном для этих целей конференц-зале, и даже сам ректор БГСХА, для которого в одном из корпусов устроены апартаменты.

Сто раз здесь могли погибнуть страшной смертью те, кто по долгу службы должен был следить за безопасностью отдыха. Но 6 августа 2017 года по иронии судьбы погибла 10-летняя девочка, для семьи которой Байкал теперь навсегда будет ассоциироваться с кошмаром. Произошедшее на турбазе «Колос» есть прекрасная иллюстрация того, что на самом деле представляет бурятский туризм, за глянцевой рекламой которого обнаруживаются повсеместная халатность и элементарный бардак. Пусть по факту смерти ребенка сегодня судят работавшего в тот сезон в «Колосе» электрика Александра Баженова, директора турбазы Ольгу Орлову и и.о. проректора по административно-хозяйственной работе БГСХА Александра Кузнецова. Судят наверняка по заслугам, однако чем больше разбираешься в этой истории, тем больше приходишь к выводу, что предъявлять претензии нужно не только им. 

Когда сошлись «666»

Как гласят материалы дела, когда-то пансионат, а с недавнего времени учебно-рекреационная база «Колос» расположена на самом берегу Байкала, где помимо прочих необходимых сооружений имеются баня, мангальная зона и пирс. Построенный здесь в 2004 году 22-метровый металлический пирс был электрифицирован с самого начала. По обеим сторонам на металлических шестах установлены фонари для освещения в вечернее время. Электропитание фонарей шло от щитка, размещенного на стене той самой бани. Кто изначально электрифицировал пирс и кто ремонтировал проводку в 2009 году, когда баня сгорела, осталось неизвестным. Никаких схем, актов и прочих документов этих работ в академии не обнаружено, кроме того факта, что работы были выполнены с грубейшими нарушениями.

Осмотр пирса сразу после трагедии показал, что короткое замыкание случилось вследствие повреждения изоляции, превратившего всю металлическую конструкцию пирса в смертельную ловушку. Ловушка заключалась в том, что из-за каменистого берега другого варианта попасть на берег у купающихся просто не было. Не будь этих ступенек, возможно, московская семья не пошла бы купаться. Не будь рядом с пирсом бани, где все заказывали услугу «парная на берегу», не было бы соблазна и лезть в воду.

6 августа живущая в комнате №6 девочка пошла купаться и взялась рукой за металлический поручень, который из-за короткого замыкания в фонаре №6 оказался под напряжением. На этот случай пирс должен был содержать заземление и устройство защитного отключения (УЗО), специально устанавливаемое для того, чтобы в подобных ситуациях автоматически отключать питание. Как твердили в один голос все эксперты, УЗО устанавливается на всех подобных сооружениях в обязательном порядке, но на пирсе турбазы «Колос» его почему-то не оказалось. На электрощитке на стене бани, где находились выключатели, не оказалось элементарного замка (щиток фактически был в свободном доступе), а на самой базе «Колос» проверяющие не смогли обнаружить ни инструментов, полагающихся любому электрику, ни металлической таблички, которую вывешивают в подобных случаях.

Сто тысяч почему

Пусть пирс был построен когда-то с нарушениями, но почему мимо этих нарушений каждый год проходили те, кто перед началом летнего сезона проверял турбазу на предмет ее готовности. Как можно судить из документов, электрики академии Чайка и Очиров, специально приезжавшие в апреле 2017 года на целых два дня на турбазу для этой самой цели, ограничились только вкручиванием лампочек и ремонтом розеток. Никто из них не попросил схемы электричества на пирсе, никто не заглянул в электрощиток, не измерил напряжения в кабеле, ведущем к фонарям.

И комиссия, прибывшая после электриков на турбазу, ограничилась тем, что прогулялась по пирсу, любуясь на волны, и выдала акт о том, что турбаза готова к летнему сезону. Никто не задал вопроса, почему построенный в 2004 году пирс до сих пор не принят в эксплуатацию и числится как объект незавершенного строительства. Почему в отделе кадров БГСХА, принимая на работу электрика Баженова, ему же вменили обязанности сантехника и истопника, но не объяснили, что электрик должен иметь допуск по электробезопасности, без которого подходить к электропроводке нельзя.

Поскольку турбаза принадлежала сельскохозяйственной академии, сопровождала гостей знакомая из Бурятии, сама не раз здесь отдыхавшая и лично знавшая все руководство вуза. Все было как обычно — чудесная погода, купание на пирсе, мангал и почти семейная атмосфера вокруг, но, выходя из воды, девочка взялась рукой за металлический поручень в тот самый момент, когда он почему-то оказался под напряжением в 220 В.  

Неслучайная смерть

Сегодня, когда в Железнодорожном районном суде оглашены вещественные доказательства, заслушаны свидетели и восстановлена хронология событий, можно говорить о том, что смерть юной жительницы Москвы Арины Иощенко не была случайностью. Можно утверждать, что турбаза «Колос» как структурное подразделение Бурятской государственной сельскохозяйственной академии годами работала по принципу русской рулетки. Ее жертвой, сами того не подозревая, в любой момент могли стать студенты, ежегодно приезжавшие красить пирс на берегу, отдыхающие, обслуживающий персонал, участники всевозможных конференций, заседавшие в специально оборудованном для этих целей конференц-зале, и даже сам ректор БГСХА, для которого в одном из корпусов устроены апартаменты.

Сто раз здесь могли погибнуть страшной смертью те, кто по долгу службы должен был следить за безопасностью отдыха. Но 6 августа 2017 года по иронии судьбы погибла 10-летняя девочка, для семьи которой Байкал теперь навсегда будет ассоциироваться с кошмаром. Произошедшее на турбазе «Колос» есть прекрасная иллюстрация того, что на самом деле представляет бурятский туризм, за глянцевой рекламой которого обнаруживаются повсеместная халатность и элементарный бардак. Пусть по факту смерти ребенка сегодня судят работавшего в тот сезон в «Колосе» электрика Александра Баженова, директора турбазы Ольгу Орлову и и.о. проректора по административно-хозяйственной работе БГСХА Александра Кузнецова. Судят наверняка по заслугам, однако чем больше разбираешься в этой истории, тем больше приходишь к выводу, что предъявлять претензии нужно не только им. 

Когда сошлись «666»

Как гласят материалы дела, когда-то пансионат, а с недавнего времени учебно-рекреационная база «Колос» расположена на самом берегу Байкала, где помимо прочих необходимых сооружений имеются баня, мангальная зона и пирс. Построенный здесь в 2004 году 22-метровый металлический пирс был электрифицирован с самого начала. По обеим сторонам на металлических шестах установлены фонари для освещения в вечернее время. Электропитание фонарей шло от щитка, размещенного на стене той самой бани. Кто изначально электрифицировал пирс и кто ремонтировал проводку в 2009 году, когда баня сгорела, осталось неизвестным. Никаких схем, актов и прочих документов этих работ в академии не обнаружено, кроме того факта, что работы были выполнены с грубейшими нарушениями.

Осмотр пирса сразу после трагедии показал, что короткое замыкание случилось вследствие повреждения изоляции, превратившего всю металлическую конструкцию пирса в смертельную ловушку. Ловушка заключалась в том, что из-за каменистого берега другого варианта попасть на берег у купающихся просто не было. Не будь этих ступенек, возможно, московская семья не пошла бы купаться. Не будь рядом с пирсом бани, где все заказывали услугу «парная на берегу», не было бы соблазна и лезть в воду.

6 августа живущая в комнате №6 девочка пошла купаться и взялась рукой за металлический поручень, который из-за короткого замыкания в фонаре №6 оказался под напряжением. На этот случай пирс должен был содержать заземление и устройство защитного отключения (УЗО), специально устанавливаемое для того, чтобы в подобных ситуациях автоматически отключать питание. Как твердили в один голос все эксперты, УЗО устанавливается на всех подобных сооружениях в обязательном порядке, но на пирсе турбазы «Колос» его почему-то не оказалось. На электрощитке на стене бани, где находились выключатели, не оказалось элементарного замка (щиток фактически был в свободном доступе), а на самой базе «Колос» проверяющие не смогли обнаружить ни инструментов, полагающихся любому электрику, ни металлической таблички, которую вывешивают в подобных случаях.

Сто тысяч почему

Пусть пирс был построен когда-то с нарушениями, но почему мимо этих нарушений каждый год проходили те, кто перед началом летнего сезона проверял турбазу на предмет ее готовности. Как можно судить из документов, электрики академии Чайка и Очиров, специально приезжавшие в апреле 2017 года на целых два дня на турбазу для этой самой цели, ограничились только вкручиванием лампочек и ремонтом розеток. Никто из них не попросил схемы электричества на пирсе, никто не заглянул в электрощиток, не измерил напряжения в кабеле, ведущем к фонарям.

И комиссия, прибывшая после электриков на турбазу, ограничилась тем, что прогулялась по пирсу, любуясь на волны, и выдала акт о том, что турбаза готова к летнему сезону. Никто не задал вопроса, почему построенный в 2004 году пирс до сих пор не принят в эксплуатацию и числится как объект незавершенного строительства. Почему в отделе кадров БГСХА, принимая на работу электрика Баженова, ему же вменили обязанности сантехника и истопника, но не объяснили, что электрик должен иметь допуск по электробезопасности, без которого подходить к электропроводке нельзя.

Наконец, почему в отсутствии оборудованного пляжа, при наличии аж двух предупреждающих табличек «купание запрещено» купались все — и руководство вуза, и сотрудники, и работники турбазы, и, естественно, гости, каждый раз поднимаясь и спускаясь по находящимся под напряжением металлическим ступенькам пирса.

О неполадках знали за 5 дней до трагедии

Есть еще одно обстоятельство, не позволяющее расценивать все случившееся как нелепую случайность. За пять дней до трагедии, то есть 1 августа 2017 года, отдыхавшая на турбазе жена того самого проректора Кузнецова испытала небольшой удар током. Поднимаясь из воды по тем же самым металлическим ступенькам, взявшись за перила, она явственно ощутила «пощипывания» в руке и по всему телу, о чем тут же сообщила мужу. Можно смело утверждать, что на 1 августа электропроводка на пирсе уже была неисправна. Как было установлено экспертизой, при включении автоматического выключателя для освещения пирса на его металлическую конструкцию происходила утечка напряжения от 220 до 127 В.    

Свидетели поясняют, что в тот же день 1 августа 2017 года и.о. проректора Кузнецов дал указание директору турбазы Орловой, электрику Баженову и охраннику Батурину посмотреть, что с электричеством, и ни в коем случае не включать свет на пирсе. На следующий день электрик Баженов как будто начал проверять электрику, но в отсутствии элементарных инструментов ничего проверить не смог. Никто больше о происшествии с женой Кузнецова вплоть до страшной трагедии не вспоминал. Не звонил директору турбазы поинтересоваться, все ли нормально с пирсом. Прекрасно зная, что у электрика Баженова нет необходимых инструментов, а значит, возможности что-либо проверить наверняка, никто не выслал из Улан-Удэ бригаду, чтобы отремонтировать поврежденную изоляцию в шестом фонаре, установить УЗО, которое стоит копейки, закрыть на ключ электрощиток, находящийся практически в свободном доступе, или его вообще обесточить, что заняло бы не более 5 минут. Никто не поинтересовался, а почему со 2 августа на вечернем пирсе перестали гореть фонари. Никто не задавал никаких вопросов, потому что все были на Байкале и все отдыхали. 

Дело двух секунд

И второго, и пятого, и даже в день трагедии, шестого августа, обитатели «Колоса» как ни в чем не бывало заказывали услугу «парная на берегу». Люди спускались и поднимались из воды по смертельно опасному пирсу. Когда стемнело, устав бродить по берегу в темноте, один из отдыхающих попросил охранника включить свет на пирсе и тот, думая, что электрик все давно починил, повернул рубильник. Фонари на секунду загорелись и тут же погасли. Именно в этот самый момент выходившая из воды Арина Иощенко взялась мокрой рукой за металлический поручень, вслед за чем раздался ужасный крик.

Включи охранник рубильник несколькими мгновениями раньше или позже, когда девочка уже бы шла по деревянному настилу пирса, возможно, все и обошлось. Но смертельной ловушке суждено было захлопнуться именно в эту секунду. Упавшую в воду девочку тут же вытащили на берег, занесли в ту самую баню. Случайно оказавшийся среди отдыхающих врач-кардиолог тут же начал доступные реанимационные мероприятия. Через 10 минут не подававшую признаков жизни девочку повезли в больницу, еще через несколько минут передали бригаде «скорой помощи», но ребенок был уже мертв.

Кто виноват в трагедии?

Руководство сельскохозяйственной академии, структурным подразделением которой является турбаза «Колос», полностью признало вину в смерти девочки и выплатило семье ребенка расходы на погребение и моральный вред в общей сложности в размере более 3 млн рублей. На скамье подсудимых сегодня находятся три человека, от действий которых в той или иной степени зависела безопасность отдыхающих. Сегодня электрик Александр Баженов, директор турбазы Ольга Орлова и и.о. проректора по административно-хозяйственной работе БГСХА Александр Кузнецов говорят, что даже в страшном сне не могли предположить, что на их турбазе случится такое.

Между тем никто не может сказать, как так получилось, что всю правду про туризм, он же русская рулетка или смертельный квест «Остаться в живых», мы узнаем только тогда, когда появляются жертвы. Турбаза «Колос», открыто рекламирующая свои услуги на республиканских туристических форумах, не просто оказалась не готова к приему отдыхающих, а смертельно опасной для них. Если это так, то где все эти годы были надзорные инстанции по части электричества и проверяли ли они в Максимихе хоть что-нибудь. К сожалению, услышать от власти ответа на этот вопрос пока не удалось.

 

 Связанные тексты:

За смерть девочки от удара током сельхозакадемия выплатила семье ребенка более 3 млн. 190 тыс. рублей (19.10.2018)  http://blogtn.ru/photo/?func=info&id=6981

 

Назад к списку


Татьяна Никитина
журналист   


Я родилась и живу в Улан-Удэ – столице республики Бурятия, работаю журналистом и верю в людей, которые каждый день строят здесь наше общее будущее. Мои герои - это политики, артисты, юристы и обычные люди, достойные восхищения. Нет занятия интереснее, чем разбираться в том, что с нами происходит. Удачи всем!
























© Татьяна Никитина
Использование материалов блога возможно только с письменного согласия собственника
Создание сайта, разработка блога SDEP.RU Яндекс.Метрика