blogtn.ru          Блог Татьяны Никитиной       niktorin10@yandex.ru       8(9021)688-553

Дмитрий Азаров о профессиональных горожанах, твиттере, эффективности муниципальных реформ и мэрах, которые становятся сенаторами (05.04.2017)

05.04.2017


Состоявшееся в Улан-Удэ выездное совещание комитета Совета Федерации по федеративному устройству, региональной политике, местному самоуправлению и делам Севера было посвящено проблемным вопросам переселения жителей БАМа из ветхого и аварийного жилья. Разбирая ситуацию, сенаторы не только раскритиковали работу министерства строительства Бурятии, но и посетовали в адрес органов местной муниципальной власти, непосредственно отвечающих за обеспечение переселенцев новым жильем. Мы встретились с председателем комитета Дмитрием Азаровым, чтобы взглянуть на проблему шире и поговорить в том числе об особенностях нынешних реформ муниципальной власти  

 - Дмитрий Игоревич, насколько можно было понять из совещания, проблема заключается в том, что муниципалитеты зачастую не могут элементарно разобраться с цифрами, то есть определить, кому быть в программе переселения. Прозвучала информация, что подаваемые в Москву данные из Бурятии могут разниться до 100-200 человек, которые то появляются в очереди на переселение, то исчезают. Причем, если знать, что вы сами совсем недавно были мэром Самары и решали похожие вопросы, критика из ваших уст воспринимается совсем иначе. А как вы как мэр решали такие проблемы? И поскольку в Бурятии не было случая, чтобы кто-то из мэров становился сенатором, можно спросить, а как вы стали сенатором?

 - Давайте начнем с того, что в республику нас пригласил врио главы Бурятии Алексей Цыденов, а провести здесь выездное совещание по проблемам переселения БАМовцев из ветхого и аварийного жилья было решено потому, что здесь эта проблема особенно актуальна, она волнует большое количество людей и плюс здесь есть проблемы. Выяснилось, к примеру, что мы не знаем точного количества людей, которые попадают в программу переселения, цифры плавают, появляется какой-то двойной счет, идут постоянные дополнения и потому совершенно невозможно сделать точный расчет по бюджету. При этом есть определенное недопонимание на местах, что законными и подзаконными актами правительством РФ четко определено, кто попадает в программу переселения, на каких условиях и так далее. Почему-то в других регионах с этой задачей справились, а в Бурятии не совсем, поэтому мы прибыли, чтобы разобраться во всем на месте.

Что касается моего избрания на пост сенатора, в законе четко прописано, что от каждого региона в Совет Федерации избирается два представителя – от законодательного собрания и от исполнительной власти. В первом случае это депутат, во втором – губернатор, идя на выборы, определяет тех, кто будет представлять регион в «верхней» палате парламента. Таким образом, когда в 2014 году Николай Иванович Меркушкин был избран губернатором Самарской области, он предложил мне стать сенатором от региона, и я согласился. Получилось, что 10 октября 2010 года я на прямых выборах был избран мэром Самары, а ровно через четыре года, 10 октября 2014 года, стал сенатором. На самом деле в нашем комитете немало мэров – многолетний экс- мэр Тюмени Степан Киричук, легендарный экс- мэр Екатеринбурга Аркадий Чернецкий, экс- мэр Архангельска Виктор Павленко и другие. Все они очень влиятельные люди и вносят весомый вклад в работу комитета.  

- Добавлю, почти все это города – миллионники, что однако не меняет сути главной проблемы - как приблизить власть к людям. Кстати, решая эту задачу, именно ваш родной город Самара пошел на суперэксперимент – выбрал двухуровневую систему городской власти. Если в Улан-Удэ наряду с председателем горсовета появился только сити – менеджер, то в Самаре – депутаты райсоветов, которые выбирают депутатов горсовета, а те в свою очередь – председателя. Планировалось, что Самара получит статус городского округа с делением на внутригородские районы, каждый из которых станет муниципальным образованием. Районы города должны были стать более самостоятельными, в том числе получить свой бюджет и дополнительные полномочия. Расскажите, какие полномочия из города были переданы на уровень районов? Как выбираются депутаты в районные советы, во сколько больше стало депутатов в целом по городу? И вообще как идет эксперимент?

- По пути двухуровневой системы муниципальной власти в России пошли всего три города - это Челябинск, который стартовал раньше всех, Самара и Махачкала. Кстати, я тогда уже не работал мэром и, честно говоря, считал, что переходить на новую систему в Самаре было не нужно. В чем идея  реформы? Разделить город на городские районы, дать им самостоятельности, полномочия и собственный бюджет. В Самаре, где живет 1 млн. 170 тысяч человек, есть 9 муниципальных районов, причем в отличие от Челябинска и Махачкалы, муниципалитеты в Самаре получили больше полномочий, потому что их готовность была гораздо выше.

Дело в том, что эти полномочия я начал передавать муниципалитетам еще до реформ, когда был мэром, и наши районные администрации уже готовы были к самостоятельной работе. К примеру, мы передали районам вопросы, связанные с уборкой дорог, проездов, дворов, незакрепленных за муниципалитетом территорий. Чтобы все это убиралось, мы передали районам смету их содержания, часть функций административных комиссий, право заключения договоров с собственниками прилегающих территорий. Скажу больше, мы добились того, что 95 процентов хозяйствующих субъектов добровольно заключили договоры на уборку прилегающей территории и содержали эти территории. Понятно, что кто-то делал это хуже, кто-то лучше, но с годами это стало привычной практикой. Тогда горсовет Самары состоял из 35 депутатов

- Горсовет Улан-Удэ, где живет в три раза меньше людей, насчитывает 30 депутатов. А сколько депутатов в Самаре сейчас?

- На уровне созданных райсоветов - 284 депутата, которые избираются по смешанной системе, а уже из их числа избирается горсовет. Таким образом, если раньше на одного депутата приходилось по 35 тысяч человек населения, то сегодня – по 4-5 тысяч, что равно 2-3 многоквартирным домам. Расчет был на то, что с увеличением количества депутатов произойдет «приближение» власти к народу, люди будут знать своего депутата по имени, лично, но, к сожалению, этого не произошло. Ко мне как к сенатору приходят на прием граждане, и я всегда спрашиваю, кто ваш депутат. К сожалению, за все время реформ только одна женщина назвала мне своего депутата, а это очень важный показатель.

 С другой стороны, надо понимать, что для эксперимента прошло слишком мало времени, идет наработка правоприменительной практики и делать какие-то выводы относительно двухуровневой модели, наверное, рано. Поскольку Челябинск начал работать по этой системы на год раньше, там поставленные президентом задачи – приблизить местную власть к людям удалось решить в большей степени, там успехи более ярче. Есть, правда, еще один аргумент, который звучит сегодня все чаще – если Челябинск с введением двухуровневой системы понес небольшие расходы на содержание депутатов, то в Самаре эти расходы на аппарат увеличились на 400 млн. рублей. При ситуации, когда создать место в детском саду сегодня стоит 1 млн. рублей, эти расходы весьма ощутимы и также не добавили сторонников реформ.    

 - Тогда какая модель развития муниципалитетов вам ближе – та, по которой выбирали вас, та, по которой выбирали мэра Улан-Удэ, в связке с сити – менеджером или без оного?

- Если бы мы жили в маленьком унитарном государстве, я бы уверенно ответил на ваш вопрос, но мы живем в огромной стране, где в различных муниципалитетах даже одного региона, взять, к примеру, Красноярский край, существуют совершенно разные социально – экономические условия, национальный состав, духовные религиозные предпочтения, традиции, и все это надо учитывать. Федеральный центр дал регионам в этом плане полную свободу, сегодня каждый муниципалитет самостоятельно может выбрать ту модель, какую считает для себя наиболее приемлемой. Пусть где-то это будут прямые выборы, пусть будет двухуровневая система, пусть  где-то решение о власти принимает совет старейшин. Здесь нет правильных или неправильных моделей, правильной считается та, которую принимает население, и она работает эффективно.

- Бывший мэр Улан-Удэ Геннадий Айдаев утверждал, что поменять городскую власть на систему с сити – менеджером муниципалитет заставили из Москвы.

 - Никто никого заставить не мог, ваши власти сделали так, как посчитали нужным. Вот Хабаровск не захотел ничего менять и не поменял. В Екатеринбурге Ройзман как председатель ГорДумы избирается не из числа депутатов, а всенародно, и это единственный город в России, где есть такое. Если бы двухступенчатую систему муниципальной власти тоже хотели продавить, то она была бы везде, а не в трех российских городах. В большей части все существующие сегодня модели разместились в плоскости между парламентской республикой и президентской и нынешний спор идет вокруг этих двух моделей.

 - Все-таки почему вы были против двухступенчатой модели в Самаре?

 - Одной из причин принятия такого решения на региональном уровне послужил мой уход в Совет федерации. Дело в том, что до меня в Самаре были случаи, когда мэры избирались на протестном движении, было такое, что губернатор и мэр находились в таких отношениях, что не появлялись на общих мероприятиях, не ходили даже на совместные совещания. Конфликты кипели, и все это было не на пользу региона. Был период, когда из регионального бюджета на функции столицы ничего не выделялось. Было и такое, что городу выделялись деньги из федерального, регионального бюджетов, но они не осваивались, городская администрация была не в состоянии сделать даже этого.

 Считаю, что я сумел ситуацию переломить, но с моим уходом была поставлена задача на перспективу не допустить конфликта между региональной властью и муниципальной. В частности, двухступенчатая модель предполагает выбор сити – менеджера, которого выбирает конкурсная комиссия, состоящая наполовину из представителей региональной власти и наполовину – из депутатов. Таким образом человек, который получает шанс стать сити –менеджером, изначально рассматривается как человек, который работать с региональной властью. Это один из важных аспектов по снижению конфликтности.

Почему я был против реформы? Потому что искренне считал, что за время моей работы мэром установил плотные коммуникации с горожанами, что сейчас стало федеральным трендом. Именно тогда мы запустили программу комплексного благоустройства территории  - «Двор, в котором ты живешь». Условие для участия было такое: люди сами должны были что-то сделать для своего двора, и это их объединяло. В каждом районе мы создали общественные комиссии, проводили конкурсы, выезжали, смотрели, обсуждали. Определяли победителя двора. Победитель получал в подарок проект комплексного благоустройства двора, который делался с учетом пожеланий жителей – спортивная площадка, места для отдыха старшего поколения. В подарок за свое усердие люди получали двор своей мечты.

 - И в Улан-Удэ проводятся такие конкурсы, только получить двор своей мечты получается редко.

 - Идея состояла не в самом конкурсе, а в том, чтобы объединить людей. Условие – сначала собственными силами построить что-то в своем дворе, выполнялось далеко не всегда. Скажу только, что в первый год в нашем конкурсе приняли участие всего 35-40 дворов. С третьего года мы ввели еще одно условие – создать советы многоквартирных домов, для того чтобы они взяли на частичное содержание так называемые малые архитектурные формы. Поясню, лавочки, тренажеры, площадки надо ремонтировать, подкрашивать, и вот на эти цели мы просили, чтобы через общее собрание люди добровольно включили в содержание квартплаты суммы на эти цели. Сразу скажу, суммы были мизерные, но дело здесь было не в деньгах, а в отношении.

 - Неужели никто не говорил, что платить мы ничего не будем, потому что уже платим за все управляющей компании?

 - Говорили, но такие дворы не участвовали в конкурсе. Здесь важен принцип - помогать только тем, кто шевелится. Мне говорили, что после такого условия никто вообще больше в конкурсе участвовать не будет, но количество заявок не снизилось. Потому что к тому времени люди увидели, что «двор твоей мечты» работает. Те дворы, которые мы сделали с таким подходом, они в Самаре стоят до сих пор. Но главное, нам удалось за счет таких механизмов вовлечь людей в городские процессы, в том числе путем социальных сетей. Конечно, у нас был официальный сайт, но не все люди знают, где он находится, как работает. И поэтому мы пошли туда, где были люди – твиттер, соцсети. В твиттере лично у меня было более 50 тыс. подписчиков. Я заставил всех глав районов, департаментов, прочих структурных подразделений завести свои странички в соцсетях. Твиттер оказался хорош тем, что там можно было писать не больше 140 символов, и после того, какие опусы присылали нам на сайт, твиттер был удобен тем, что суть проблемы – собаки, лекарства, мусор – понималась сразу.

 - Вы сами писали на запросы горожан?!

 - Сам. Открывал либо в конце рабочего дня, либо где-нибудь в пробке, просматривал, потом давал поручения. Но поскольку там же были все мои коллеги, а отдельный департамент контролировал все это дело, в конце концов, получалось так, что все просьбы, жалобы к концу дня «разбирались» и без меня, по ним выносились решения и мое дело было только все это отследить. Здесь важно было не решение проблемы, а скорость, с которой все это делалось.

 Еще одним показательным моментом, когда удалось объединить людей, стала разработка стратегии города. Казалось бы, сколько было этих стратегий, в красивых обложках, стоящих на полках. Мы разрабатывали свою стратегию 2,5 года. Над нами откровенно смеялись, почему так долго, не понимая, что ключевой момент здесь был не сама стратегия, а люди. Представьте, что мы вовлекли в эту работу более 40 тыс. жителей города. Дискуссионные площадки, анкетирование, опросы студентов. Стратегию писали сами жители, «корявым» языком, простыми терминами. Конечно, потом мы все это «причесали», но тот первый вариант в виде книжечки выпустили именно так, как написали это горожане. Это была сенсация, когда инженер, продавец, сапожник приносил домой эту стратегию и показывал всем, что это написал именно он. Для меня это не менее дорого, чем увеличение, к примеру, в 1,5 раза мест в детских садах, реконструкция набережной, общественных зон, создание единого расчетного центра за ЖЭУ, даже сокращение на 1000 человек муниципальных служащих. Самое ценное, что после этого наши активные горожане начали называть себя профессиональными горожанами. 

 Добавлю только, что наша стратегия была признана лучшей на ежегодном российском конкурсе в Санкт – Петербурге, а в прошлом году с удивлением узнал, что наша стратегия вошла в доклад ЮНЕСКО как пример эффективности работы муниципальной власти. Повторюсь, мы достигли такого контакта с людьми, что делать двухступенчатую модель муниципального управления в Самаре не было смысла.

 - Скажите, до того, как вы пришли работать в мэрию, вы возглавляли крупнейшее в Самаре предприятие по транспортировке газа, были состоятельны и успешны, зачем вы поменяли ту жизнь на госслужбу?

 - Когда меня пригласили на пост первого зама мэра Самары, мне было 36 лет, и я просто не знал, с чем мне придется столкнуться. Да, за плечами был успешный опыт в компании, где удалось сделать финансовое оздоровление, наша компания была признана лучшей в России по ряду показателей, и наступила счастливая возможность уходить домой в полшестого, заниматься хобби и так далее. Но жизнь так устроена, что хорошо всегда не бывает, и было понимание, что если сейчас хотя бы немного расслабиться, вернуться потом в рабочее состояние будет непросто. Много позже я услышал афганскую пословицу, смысл которой был в том, что ослик, который постоял в тени, на солнце больше работать не сможет. Наверное, сейчас я бы не решился на то предложение работать в мэрии, но тогда надо было что-то в жизни менять и я принял решение и увлек этим решением свою команду. Самый важный для меня сегодня показатель - те, кто пошел тогда со мной, они в жизни не потерялись. Печально то, что сегодня многие молодые люди стремятся в чиновники и госкорпорации, и это плохой тренд, потому что нет понимания всей ответственности и серьезности этой работы, и это надо обязательно корректировать в сознании нашего общества.

 - Спасибо за беседу!

Назад к списку


Татьяна Никитина
журналист   


Я родилась и живу в Улан-Удэ – столице республики Бурятия, работаю журналистом и верю в людей, которые каждый день строят здесь наше общее будущее. Мои герои - это политики, артисты, юристы и обычные люди, достойные восхищения. Нет занятия интереснее, чем разбираться в том, что с нами происходит. Удачи всем!
























© Татьяна Никитина
Использование материалов блога возможно только с письменного согласия собственника
Создание сайта, разработка блога SDEP.RU Яндекс.Метрика